Еженедельник сообщества "Новороссия"

ЗНАЙ, ЛЯШЕ, ПО СЛУЧЬ – НАШЕ / Игорь Карамазов

Кризис в польско-украинских отношениях вышел на новый уровень. Ляхи продолжают дискредитировать великих шумерских героев. После того как Израиль обвинил Польшу в проявлениях антисемитизма, она перевела стрелки на Богдана Хмельницкого. Польский премьер М. Моравецкий заявил, что евреи ставят гетмана в один ряд с Гитлером и Гиммлером, а поднятое им восстание в еврейской историографии сравнивается практически с Холокостом. «Для наших соседей Хмельницкий – это национальный герой, а для нас – тот, кто сделал первый аккорд в гибели Речи Посполитой». Но распад своей державы поляки допустили сами по лености и недомыслию, постоянно провоцируя восстания на своей территории и войны со всеми соседями. Но где-то с Моравецким можно и согласиться.

Дайте собакам мяса –
Пусть они подерутся.
Дайте похмельным кваса –
Авось они перебьются.
В. С. Высоцкий
 
Вспомнилось далекое студенческое прошлое. У нас в политехе на курсе учились представители стран народной демократии – ГДР и Польши. Тогда я и сошелся на футбольной тематике с одним поляком. Парнишка он был негоноровый, спокойный. Но однажды сорвался. Услышав от меня имя Богдана Хмельницкого, он от волнения перешел на польский. Из гневной тирады я разобрал только три слова – «фашист», «курва» и «псякрев».
 
Но, уже успокоившись, он объяснил, что для Польши Хмельницкий – главный злодей, запорожские козаки – бандиты, садисты и убийцы, поэтому даже автомобиль ЗАЗ-966 «Запорожец» продается у них под названием «Ялта». А еще посоветовал прочитать роман Г. Сенкевича «Огнем и мечом» и книгу воспоминаний «Пучина бездонная» очевидца тех событий раввина Натана Ганновера. До этого все мои познания об этом периоде нашей истории основывались на трехтомнике Н. Рыбака «Переяславская рада» и замечательном фильме режиссера И. Савченко «Богдан Хмельницкий», снятом в 1941 г.
 
В Советском Союзе исторические романы Генрика Сенкевича были весьма популярны. Читателей привлекали авантюрные сюжеты, динамика повествования и харизматичные герои. И хотя автор был польским националистом, Россию, естественно, недолюбливал, но в своих произведениях придерживался исторической точности. Интересно, что его романы «Пан Володыевский» о периоде турецкого нашествия 1672-1673 гг. и «Потоп» о шведской интервенции 1655-1656 гг. были экранизированы в 1969 и 1974 годах соответственно и с успехом шли в советских кинотеатрах. А вот первая часть этой трилогии «Огнем и мечом» о польско-козацкой войне была снята только в 1999 г. Поэтому мне стоило большого труда найти этот роман в свободном доступе, а воспоминания раввина «Пучина бездонная» я смог прочитать только с появлением интернета.
 
В советское время Богдана Хмельницкого представляли на редкость положительной личностью, как благородного героя, озабоченного исключительно воссоединением двух братских народов. Реальный исторический облик имел с этим мало общего. Гетман происходил из мелкопоместного православного шляхетства. В Польском иезуитском колледже получил  образование  и поступил на службу, где исправно исполнял свои обязанности перед короной. Но после того как один клятый лях ограбил его имение, убил сына и похитил сожительницу – бежал на Сечь и поднял восстание. На тот момент Правобережная Украина была под поляками, а на левом берегу Днепра существовала Гетманская Украина (в составе нынешних Черниговской и Полтавской областей) и Запорожская Сечь. Именно с этими территориями вступила Украина в Московское царство.
 
Польша упустила время на подавление восстания, отвлекшись на внутреннюю борьбу за титул короля. В 1648 г. гетман прошел огнем и мечом по польским землям, безжалостно громя поляков и евреев. Со стороны это выглядело как ответ на вековые угнетения и уничижения со стороны шляхты. Отношение к евреям не ограничивалось религиозной неприязнью. На подконтрольных полякам территориях они сдавали иудеям «в аренду» православные храмы, чтобы те пускали холопов молиться по расписанию и за определенную плату. К тому же доверяли им управлять своими имениями и собирать налоги. Представители древнейшего народа взялись за дело с присущей им тщательностью, чем и заслужили лютую ненависть православных, в особенности крестьян и козаков. Получалось, что в мясо рубились ляхи с шумерами, а больше всех досталось евреям.
 
По части изуверства поляки и козаки не уступали друг другу. Первые во время смуты, когда захватывали местечко, вешали на воротах православного священника, еврея и собаку. Запорожцы зеркалили по полной, размещая на виселице ксендза, еврея и собаку.
 
Премьер Моравецкий рассказывал израильтянам сказки о том, как при осаде Львова поляки отказались выдать евреев Хмельницкому. Но раввин Ганновер в своей книге свидетельствует, как ляхи в Тульчине в обмен на сохранение своих жизней выдали евреев козакам. Но их это не спасло. Козаки сначала зарубили детей израилевых, а потом покончили и с ними. После завершения погромов оставшихся в живых мужчин продавали в рабство в Крым или Стамбул, а женщин крестили и женились на них. В конце 1648 г. количество пленных было столь велико, что цены на рабов обрушились. Татары меняли шляхтича на коня, а еврея на щепотку табака.
 
В средние века геноцидила вся Европа, но это первый случай в истории, когда в геноциде обвинена нация, а не страна. Это только подтверждает, что страны у шумеров нет и никогда не было.
 
Но в том же 1648 году военные успехи Хмельницкого закончились. Поляки взялись за него всерьез и разгромили под Желтыми Водами. Вот тогда и пошли посольства в Москву в 1648, 1650, 1652 и 1654 гг. с просьбой взять под защиту. Царь Алексей Михайлович Тишайший трижды ответил отказом. Москва в те годы вела уже две войны – со Швецией и Турцией. Ввязываться в третью не хотела. Рассказывают, что в 1654 г. друг царя стольник Шереметьев дал совет государю, как отбояриться от Сечи: «Скажи им, пусть соберутся и решат – быть ли с нами. Уверен, что не договорятся». Однако не угадал. Козаки собрались в Переяславе и перешли в подданство Москвы.
 
А вот запорожцы присягать отказались. Но заинтересованные стороны на это махнули рукой. Хмельницкий отписал царю: «Запорожские козаки – люди малые, и то из войска переменные, и тех дело почитать нечего». От такой зрады больше всего негодовал не польский король, а турецкий султан. Несколькими годами ранее Хмельницкий присягнул ему по всем правилам тех лет, предусмотрительно не поставив об этом в известность московских бояр. Но все равно до самой смерти присягу Москве не нарушил, в отличие от своих преемников.
 
Вот так и пришлось воевать с Польшей. В результате этой войны, длившейся с 1654 по 1667 гг., поляки признали присоединение к России Левобережья. С этого и начался распад Речи Посполитой. И в этом есть определенная заслуга Богдана Хмельницкого, хоть он лишь присягнул на верность и позвал на помощь. А вот для ляхов гетман – типичный украинец – предал короля, продался москалям, развалил Посполитую. Такой же символ предательства, как Мазепа для русских.
 
Поляки без советской политкорректности продолжают открывать трагические страницы своей истории. Свидомых скоро ожидает много интересного про Колиивщину и воспетых Шевченко Гонту с Зализняком. За этих героев предъявят – мало не покажется.
 
В продолжающемся противостоянии ляхов с шумерами будем желать удачи и тем, и другим. Это тот случай, когда фраза «да ударь уже его» относится к обеим сторонам конфликта. И чем больше/меньше они друг друга, тем больше/меньше нам их останется.


Игорь Карамазов
газета "НОВОРОССИЯ" №181
1 марта 2018