Еженедельник сообщества "Новороссия"

СБУ ПРОТИВ РУССКОЙ ВЕСНЫ / Мирослав Руденко - ОБНОВЛЕНО

В ответ на госпереворот в Киеве на территории юго-восточных областей Украины в феврале-марте 2014 г. начались массовые протесты, получившие название Русская весна. На Донбассе протестные акции быстро переросли в широкое национально-освободительное движение. С этого момента началось противостояние восставшего народа Донбасса и киевских путчистов, основным репрессивным органом которых на начальном этапе стала подчиненная незаконной власти СБУ.

В этой статье, уважаемые читатели, мы с вами на фактическом материале рассмотрим процесс противостояния национально-освободительного движения народа Донбасса и СБУ весной 2014 г. Мы исследуем характерные примеры этого противостояния; раскроем основные приемы и методы, применявшиеся спецслужбой в этот период; выявим причины, не позволившие СБУ подавить восстание народа Донбасса.
 
Географически наше исследование будет ограничено территорией бывшей Донецкой области и ДНР (после 7 апреля 2014 г.). В силу специфики темы, закрытости работы спецслужб, ограниченности доступной источниковой базы статья не может претендовать на полноту освещения картины. По этим же причинам ряд положений нашего небольшого изыскания будет носить гипотетический характер.
 
Вероятно, ввиду особенностей работы СБУ как правоохранительного органа специального назначения, обеспечивающего государственную безопасность Украины, негласное наблюдение и контроль с ее стороны за развитием общественно-политической активности в «антимайданном» лагере имели место еще до событий февраля-марта 2014 г.
 
Поначалу организацию «антимайданных» сил на территории Донецкой области брали на себя местные олигархические элиты, представленные Партией регионов (ПР), получившей на Донбассе абсолютную монополию на политическую власть. Примерами такой деятельности были: митинг 26 января, проведенный с целью защиты здания Донецкой облгосадминистрации (ОГА), на котором прошел своеобразный «смотр» местных «антимайданных» сил, костяк которых состоял из организованных групп спортсменов-единоборцев; начавшееся с января в среде донецких общественников формирование списков «защитников ОГА»; совместное патрулирование территории возле ОГА казаками и милицией.
 
С середины февраля, в ответ на события в Киеве и неспособность «регионалов» организовать эффективное сопротивление происходившей в режиме реального времени попытке государственного переворота, в Донецке и области значительно выросла общественная активность, началась стихийная самоорганизация населения. Партия регионов, местные власти, облСБУ не могли оставить эти процессы без пристального внимания.
 
Известно, что «регионалы», пытаясь контролировать и направлять в нужное русло самоорганизацию населения, негласно содействовали созданию ряда групп в социальных сетях и общественных инициатив соответствующей направленности, примерами которых являются организации «Оборона Донецка», «Восточный фронт» и др. Уже 24 февраля из публичных заявлений ряда влиятельных функционеров ПР и представителей местных властей стала ясна предательская позиция региональных элит, их готовность «конструктивно работать» с новой «властью». Вся дальнейшая деятельность руководства области, как и активность созданных «регионалами» общественных организаций в конце февраля – марте 2014 г. была направлена на канализацию протестных настроений и взятие под контроль стихийно зарождающегося освободительного движения народа Донбасса. Можно предполагать активное содействие управления СБУ в Донецкой области реализации данных инициатив политических элит региона и подконтрольных им местных властей.
 
Однако соглашательская позиция и предательство местных элит только усилили негативную реакцию жителей Донбасса на события в Киеве. Общественное возмущение переросло в открытое народное восстание против признания итогов государственного переворота, начавшееся в Донецке 1 марта 2014 г. Лидером первого этапа восстания стал Павел Губарев, что было формализовано его публичным избранием с помощью процедур прямой демократии «народным губернатором». Этот акт стал не только значимым событием в ходе самоорганизации национально-освободительного движения народа Донбасса, но и положил начало процессу создания восставшими неподконтрольных киевскому режиму, параллельных ему, структур будущей народной власти. Ситуация в регионе резко обострилась, что естественно вызвало повышенную тревогу как в Киеве, так и у представителей местных олигархических элит. Ответная реакция последовала в виде активизации имевшей различные формы деятельности, направленной на противодействие вспыхнувшему восстанию.
 
Утром 2 марта 2014 г. у многоквартирного дома, где проживал П. Губарев с семьей, было замечено несколько автомобилей с тонированными стеклами и неизвестными людьми внутри. Чтобы не допустить попытки захвата лидера восстания, ко входу в подъезд дома прибыла группа общественных активистов. В скорости туда же подошло двое неизвестных мужчин, которые не могли попасть в подъезд, долго звонили по домофону, видимо, не имея ключей. Как только им все же удалось попасть внутрь, к подъезду неожиданно подошла съемочная группа ТРК «Украина». Сейчас же эти неизвестные вышли из подъезда, изображая возмущенных жильцов дома, которым якобы общественная активность «смутьяна» Губарева мешает жить спокойно. Только вмешательство сторонников восстания в съемку сюжета поломало реализацию сценария информационной провокации. Так закладывались основы длившейся всю весну 2014 г. информационной кампании, направленной на дискредитацию в официальных СМИ региона (не говоря уже о всеукраинских СМИ) лидеров и участников освободительного движения народа Донбасса. Без сомнения, такая информационная политика курировалась профильными специалистами СБУ.
 
Организация провокаций среди сторонников Русской весны в скором времени стала распространенным тактическим приемом силовиков, подчинявшихся киевскому режиму. В этом отношении характерны события, произошедшие 4 марта. Утром милиция очень своевременно «обнаружила» противопехотную мину в занятом накануне восставшими сессионном зале Донецкого облсовета. Нужно отметить, что на начальном этапе национально-освободительное движение имело форму мирного гражданского протеста, поэтому необходимость в применении такого специфического вида вооружений, как мины, полностью отсутствовала. Под предлогом эвакуации представители МВД вывели гражданских активистов из здания ОГА. По растиражированной СМИ «милицейской» версии событий виновными за появление взрывоопасного предмета были назначены протестующие. В результате этой несложной инсценировки здание снова оказалось под контролем местных властей, а подходы к нему блокированы милицией. И хотя в этом случае исполнителями провокации были сотрудники МВД, можно предполагать участие СБУ в разработке сценария и обеспечении реализации данной акции.
 
6 марта во второй половине дня на конспиративную квартиру, где находился П. Губарев, ворвалась группа сотрудников спецподразделения «Альфа» СБУ из Киева. Лидер восстания был схвачен и вывезен в подконтрольную постмайданному режиму столицу Украины. Часть его задержанных соратников доставили в областное управление СБУ «для профилактической беседы». Ответом на эти события стал стихийный митинг у здания УСБУ в Донецке с требованием освободить Павла Губарева. Произошли столкновения с милицией. С этого дня на Украине группа лиц, менее двух недель тому назад узурпировавшая государственную власть, начала открыто использовать правоохранительный орган специального назначения для организации политических репрессий против населения юго-восточных областей, несогласного с результатами переворота и политикой киевского режима. К лету 2014 г. эти репрессии приобретут массовый характер.
 
Еще одним методом противодействия официальных властей региона национально-освободительному движению народа Донбасса, активно использовавшимся с момента назначения на должность председателя Донецкой облгосадминистрации олигарха С. Таруты, стали проводимые в Донецке с помощью админресурса митинги «за единую Украину». Вероятно, для обеспечения проведения данных мероприятий также привлекались сотрудники облСБУ.
 
Следует отметить, что проукраинские митинги в городе, большинство жителей которого открыто выступали против киевского режима, потакающего украинскому национализму, были не чем иным, как сознательной провокацией. Участие в этих митингах молодежи из числа не просто проукраински, а именно националистически настроенных фанатов футбольного клуба «Шахтер», автоматически приводило к кровавым столкновениям с представителями восставшего народа Донбасса.
 
Дракой возле бывшего здания Минугля закончился такой митинг 5 марта 2014 г. Еще больший масштаб приобрели столкновения 13 марта. Причина та же – проведение «мирного митинга» с привлечением проукраинских «ультрас». В результате столкновений был убит руководитель пресс-службы Донецкой областной организации украинской неонацистской партии ВО «Свобода» Д. Чернявский. И хотя убийца не был найден, а сложившаяся ситуация напоминала появление первых «сакральных жертв» на т.н. Евромайдане, выгодных только самим его организаторам, обвинение в убийстве было безосновательно предъявлено представителям неформального общественного движения «Народное ополчение Донбасса», которое стояло тогда в авангарде национально-освободительной борьбы.
 
Серьезное давление со стороны силовых структур на лидеров протестного движения в этот период подтолкнуло руководителей «Народного ополчения Донбасса» к решению: «…строить организацию без жесткой вертикальной иерархии. Руководство должно осуществляться советом городских и районных командиров ополчения». Сетевая структура создавала условия, при которых «сбушникам труднее определиться, кого хватать». Однако, как потом выявилось, отсутствие четкого структурирования организации имело и свои негативные стороны.
 
После ареста П. Губарева, помимо открытых репрессий силовых структур и попыток запугать актив, у сторонников киевского режима наметилась новая тактика – внедрение в национально-освободительное движение народа Донбасса агентов влияния и провокаторов. По воспоминаниям участников событий, одна из таких сомнительных личностей, самовольно объявив себя заместителем и преемником Губарева, развернула бурную деятельность, пытаясь перехватить управление «Народным ополчением Донбасса» и направить протестное движение в нужное его кураторам русло. Подконтрольные провокатору люди пытались захватывать трибуны митингов, чтобы оттеснить других спикеров. Сам же провокатор с середины марта инициировал многочисленные псевдозахваты административных зданий.
 
Так, за две недели второй половины марта, порой по несколько раз, были «захвачены» здания областных СБУ и прокуратуры, офис компании «ИСД» олигарха Таруты. Объединяло эти действия следующее – по итогам «захвата» никогда не достигалось существенных для протестного движения результатов, не выдвигалось внятных требований к властям, здание достаточно быстро освобождалось протестующими по инициативе провокатора и людей из его окружения. По сути, происходил «выпуск пара». Однако создавалась нужная украинским телеканалам, телевизионные группы которых «вдруг» оперативно оказывались на месте «стихийных» событий, негативная картинка народных протестов Донбасса.
 
Кроме того, со стороны милиции и, вероятно, СБУ, велась неприкрытая оперативная съемка «штурмов», а на сайте ГУ МВД области начали выкладывать фотографии с лицами участвовавших в них людей с пометкой, что они находятся в розыске. Эта деятельность провокатора подводила многих активистов протестов под уголовные статьи и создавала условия, при которых их можно было в любой момент арестовать. По мнению свидетелей этих событий, с провокатором работали сотрудники СБУ, присутствовавшие в его окружении.
 
В марте 2014 г. большого размаха достигла кампания по дезинформации населения Донецкой области относительно происходящих событий, вероятно, также направлявшаяся СБУ. В электронных и печатных СМИ региона началось массовое распространение материалов пропагандистского содержания, направленных на дискредитацию активистов Русской весны. Примером может служить заметка «Прелести донецкого антифашизма» в газете «Донецкий аргумент» № 10 от 14-20 марта 2014 г., нацеленная на дискредитацию одного из лидеров протеста – Сергея Цыплакова.
 
С этого же месяца в областном центре начался регулярный выпуск выходивших многотысячными тиражами специальных печатных изданий, направленных на очернение народного протеста. Причем местные власти постарались организовать массовое распространение подобной печатной продукции, в т.ч. и через почтовые ящики многоквартирных домов. Эта информационно-пропагандистская кампания продолжилась и после провозглашения ДНР. Зачастую для информационных вбросов использовались спецвыпуски местных газет. Образцом подобной практики является спецвыпуск газеты «Вечерний Донецк» от 22 мая 2014 г. Он открывается программным материалом Р. Ахметова «Голос Донбасса будет звучать еще сильнее». Практически на каждой из восьми полос выпуска размещены пропагандистские статьи против Донецкой Народной Республики. Их содержание направлено исключительно на формирование негативных эмоций, поэтому говорить о сколь-либо объективной подаче информации не приходится. Вот говорящие сами за себя названия только некоторых материалов: «Тарута попросил донетчан осудить действия Донецкой выдуманной республики», «Как вы относитесь к самопровозглашенной ДНР?», «Достижения сепаратистов…», «У Ахметова пообещали ежедневно проводить акции протеста против боевиков на Донбассе». Полностью пресечь выпуск и распространение подобных печатных изданий властям и активистам Республики удалось только к лету 2014 г.
 
Чтобы больше не возвращаться к вопросу информационной работы против освободительного движения народа Донбасса, упомянем о таком приеме, как распространение слухов. Автору запомнилось, что в апреле-мае 2014 г. среди защитников здания ОГА с огромной скоростью расходились самые невероятные слухи, заставлявшие предполагать искусственность их происхождения и целенаправленность распространения. Слухи о готовящемся со дня на день штурме ОГА, неизвестных снайперах на крышах близлежащих домов и т.д. были нацелены на то, чтобы посеять тревогу, неуверенность, и, если удастся, – панические настроения среди активистов ДНР. Остановить их распространение было практически невозможно, оставалось относиться к ним критически и не поддаваться на провокации.

Во второй половине марта 2014 г. политические репрессии против активистов и лидеров протестного движения продолжились. Так, 22 марта в Донецке сотрудниками СБУ был задержан член организации «Донецкая республика» Михаил Чумаченко. Ему было предъявлено «официальное подозрение в подготовке к совершению преступлений, предусмотренных статьями 109 (действия, направленные на насильственное изменение или свержение конституционного строя или захват государственной власти) и 110 (посягательство на территориальную целостность и неприкосновенность Украины) Уголовного кодекса Украины». По сообщению пресс-центра СБУ, Чумаченко намеревался во время проведения очередного массового мероприятия в Донецке «призвать участников к незаконным действиям, в частности к силовому захвату здания областной государственной администрации» и «провозгласить себя «народным губернатором».

Продолжала использоваться и тактика провокационных действий. Вполне вероятно, что именно провокаторы СБУ приложили руку к преждевременному началу радикального этапа восстания в апреле 2014 г. Представители ряда организаций, активно участвовавших в освободительном движении, знали о предстоящем заходе отряда крымского ополчения в помощь Донбассу. Вместе с этим отрядом штурм административных зданий в Донецке планировался на 11-12 апреля. В воскресенье 6 апреля в городе должен был состояться очередной масштабный митинг против проведения назначенных на 25 мая нелегитимных президентских «выборов» на Украине. Однако за неделю до митинга появилась информация о том, что «провокаторы готовят штурм ОГА с целью «засветить» протестный актив», чтобы начать новую волну репрессий против участников освободительного движения и сорвать план выступлений на 11-12 апреля. Провокаторы провели большую подготовительную работу со многими организациями и группами участников протестного движения, убеждая их захватить здание облгосадминистрации именно 6 апреля.

И хотя преждевременного выступления избежать не удалось, «Народное ополчение Донбасса» инициировало адекватные ответные действия. В ночь на 7 апреля восставшим народом было мирно, но по-настоящему, захвачено здание Управления СБУ в Донецкой области. Представители национально-освободительного движения впервые получили в свои руки боевое оружие. Возможно, опасаясь вооруженного сопротивления, официальные власти не решились тогда отбивать силой Донецкую ОГА.

Следует отметить, что в ходе штурма его участники получали информацию о настроениях и составе обороняющихся прямо из здания СБУ. Там тоже были люди, которые сочувствовали восстанию: «настроение было такое, что стрелять в безоружных не будут, да и сильно сопротивляться тоже». Пассивная реакция на произошедшие события может свидетельствовать о молчаливом протесте сотрудников облСБУ против итогов т.н. Евромайдана. Подобное поведение, формально, без особого рвения, участвуя в оцеплении митингов и охране админзданий в Донецке, в тот период демонстрировали и сотрудники ГУ МВД Украины в Донецкой области. Штурм здания областного управления почти на три недели дезорганизовал работу этого регионального органа спецслужбы.

Особая позиция части местных сотрудников службы проявилась 11 апреля, когда руководство спецподразделения «Альфа» УСБУ в Донецкой области отказалось выполнять приказы вице-премьера Украины В. Яремы о штурме здания Донецкой ОГА. Бойцы «Альфы» посчитали эти приказы преступными. По сохранившимся воспоминаниям участников событий, в ходе протестных митингов офицеры донецкой «Альфы» размещались на крышах близлежащих зданий и «вели» всех лидеров, другая часть бойцов спецназа работала в толпе. Все пешие передвижения лидеров протеста также отслеживались «Альфой». Однако, как свидетельствуют участники освободительного движения, с местными сотрудниками «Альфы» тоже велись разъяснительные беседы. Видимо, это, а также общее развитие ситуации в стране, привело их к осознанному выбору в пользу поддержки восстания народа Донбасса. Значительное число бывших сотрудников донецкой «Альфы» перешло на сторону ДНР, уже к маю составив первоначальный костяк одного из подразделений донбасского ополчения – батальона «Восток». Так начался процесс перехода бывших сотрудников Управления СБУ в Донецкой области на сторону Республики.

13 апреля в Славянске сотрудники группы «А» Центра специальных операций СБУ приняли участие в начале силовой операции против сторонников ДНР. Но первый день т.н. АТО оказался неудачным для элитного спецподразделения. В ходе боестолкновения на окраине города вооруженные ополченцы дали решительный отпор силовикам киевского режима и спецназ СБУ впервые с начала событий понес потери в живой силе.

В то же время на той территории Донбасса, где еще не началось открытое вооруженное противостояние, Киев продолжал использовать спецподразделение СБУ для реализации тактики точечной нейтрализации народных лидеров путем их похищения с последующим арестом. Именно опасностью обезглавливания зарождающихся органов власти и управления ДНР объясняются особенности структуры исполнявшего функции временного правительства Республики – Президиума Народного Совета ДНР. Члены временного правительства входили в этот коллегиальный орган на правах сопредседателей. То, что такая угроза была реальна, доказывают события 18 апреля, когда в Донецке группой сотрудников СБУ был насильно посажен в черный джип и увезен в неизвестном направлении сопредседатель временного правительства ДНР Л. Баранов. Во второй половине апреля в Волновахе СБУ захватила активиста «Народного ополчения Донбасса» С. Ржавского, вернувшегося из Славянска для переподчинения местных органов власти Республике. По дороге в Киев, с целью оказания психологического давления, сотрудники СБУ несколько раз устраивали лжерасстрел С. Ржавскому.

В целом начиная с марта 2014 г. в юго-восточных регионах Украины СБУ курировала похищения десятков людей. На примере политических репрессий против освободительного движения народа Донбасса видна схема организации этих спецмероприятий. В города скрытно забрасывались небольшие мобильные группы специально подготовленных агентов, которые перемещаясь на автомобиле, отслеживали маршруты передвижения лидеров протеста, затем производили спланированный заранее захват и тайно вывозили их в Киев.

Как свидетельствовал участник событий, «в основном происходит именно похищение… одна и та же схема – черная машина с киевскими номерами, как правило, джипы, как правило, группа по 3 человека сбушников останавливают машину, тормозят, лицом в асфальт, наручники, потом человек оказывается где-то в районе Лукьяновского СИЗО». 27 апреля в Горловке ополченцы поймали трех офицеров «Альфы» СБУ из состава подобной мобильной группы, направленных туда с целью организации захвата И. Безлера. Всего группа состояла из семи человек. 7 мая Павла Губарева и еще двух ранее захваченных киевскими силовиками участников освободительного движения обменяли на этих сотрудников СБУ. Это был первый обмен пленными между сторонами конфликта.

К концу апреля по приблизительным оценкам в Донецке пропало более десяти человек. СБУ организовала полномасштабную охоту на людей – руководителей восстания, общественных активистов среднего звена, порой – просто случайных прохожих.  

3 мая, после трагических событий в Одессе, сторонники ДНР взяли под свой окончательный контроль здание УСБУ в Донецкой области, положив конец работе регионального органа службы в столице молодой Республики.

В мае, в связи с приближением Референдума, СБУ попыталась активизировать свою деятельность на еще не затронутых боевыми действиями тыловых территориях ДНР, где в условиях фактического двоевластия и нарастающего социального хаоса, обусловленного переходным периодом, все еще сохранялось ее влияние. СБУ курирует подрывную деятельность части местного криминалитета, организовывая его руками показательные акты устрашения против гражданских активистов Республики.

Свидетельством является переписка, найденная в телефоне торезского криминального авторитета Р. Онищенко («Абельмаса»), в последующем причастного к созданию печально известных своим мародерством и прочими преступлениями националистических формирований – батальона «Шахтерск» и роты «Торнадо». Накануне Референдума, 9 мая 2014 г., от человека под псевдонимом «wk1234567» Онищенко получает СМС со следующей задачей: «Лица не свети своих, все в балаклавах и максимально больше захватить исполкомов». До Референдума эта задача не была выполнена. Однако уже 14 мая возле своего дома вместе с двумя активистами и одним случайным прохожим ОПГ Онищенко была похищена и впоследствии передана СБУ активистка Русской весны, организатор Референдума в Торезе И. Полторацкая. Этой же преступной группой в Снежном был захвачен активист ДНР А. Симко. Оказывал поддержку в создании и деятельности НВФ «Абельмаса», и, вероятно, также согласовывал свои действия с СБУ, депутат Донецкого облсовета от Партии регионов, руководитель Торезского городского отделения этой партии В. Кропачев.

Один из участников вышеупомянутой СМС-переписки записан в телефонных контактах Онищенко как «Виталик.сбу». 21 мая он дает «Абельмасу» задание достать списки «именно за 11 мая» председателей и заместителей председателей комиссий по проведению Референдума в Торезе. Судя по всему, именно «Виталик.сбу» оказался причастен к организации последующей серии терактов. Так, 22 мая 2014 г. подконтрольными Онищенко уголовниками был убит активист ДНР из Тореза – О. Чабан. Затем, 23 мая ОПГ Онищенко совместно с боевиками НВФ О. Ляшко осуществили вооруженное нападение на гражданских активистов ДНР в здании Торезского горсовета, в ходе которого был расстрелян Р. Симонян, еще один активист получил тяжелые ранения. Похоже, что этой же преступной группой также 23 мая в центре Тореза был убит активист ДНР Ю. Павлов. После этих террористических актов «Виталик.сбу» отправляет сообщение Онищенко: «Прошу ради Бога, не появляйся в ближайшее время. Со мною связи больше нет…».

Осуществляемая руками криминала террористическая деятельность постмайданной СБУ против народа Донбасса, с одной стороны, показывает уровень морального падения сотрудников службы, а с другой – является свидетельством переформатирования данного органа в подобие террористической организации на службе киевского режима. Организации, осуществляющей системный террор и подавление граждан Украины, несогласных с итогами государственного переворота февраля 2014 г. и политикой постмайданных властей.

Продолжение становления государственности, переподчинение местных органов власти, дальнейшее развитие силовых структур ДНР с одной стороны, а также активизация боевых действий на территории Республики, с другой стороны, привели к тому, что к лету 2014 г. региональные органы подчиненной киевскому режиму спецслужбы утратили возможность осуществлять открытую деятельность на территории ДНР. Соответственно, подверглись изменению формы и методы подрывной деятельности СБУ против народа Донбасса.

Подводя итоги, можно выделить следующие основные приемы и методы, применявшиеся СБУ весной 2014 г.: скрытое наблюдение и фиксация протестной активности; выявление организаторов и лидеров протестного движения; внедрение агентуры; дезинформация населения посредством СМИ и распространение панических слухов; организация провокаций; попытки взять движение под контроль с помощью агентов влияния; прямые политические репрессии против лидеров и активистов; привлечение криминальных элементов к подавлению протестной активности; похищения и организация террористических акций против сторонников ДНР.

Какие причины помешали СБУ подавить своими методами народное восстание на Донбассе? В первую очередь, следует отметить, что слаженная работа спецслужбы была нарушена самим фактом государственного переворота и обрушением существовавшей ранее вертикали власти. Домайданная СБУ не смогла выполнить свою основную задачу – защитить государственную безопасность Украины и, допустив неконституционный силовой захват власти, была дискредитирована как структура. Новая, создаваемая путчистами властная вертикаль поначалу была организационно слаба и в глазах значительной части общества – нелегитимна. В таких условиях, чтобы сделать кадровые перестановки, перестроить работу на новых идеологических основах, организовать эффективный контроль над реализацией заданий центрального управления на местах и обеспечить должный уровень лояльности сотрудников правоохранительного органа специального назначения, киевскому режиму требовалось время, которого не было. События в Крыму и на Юго-Востоке, как ответная спонтанная реакция на переворот, стали развиваться стремительно. Даже слабую внешнюю видимость легитимности киевскому режиму удалось придать только после президентских выборов 25 мая 2014 г., когда Крым уже воссоединился с Российской Федерацией, а на Донбассе прошли Референдумы по вопросу поддержки государственной самостоятельности Народных Республик.

После широких народных протестов на Юго-Востоке сотрудники спецслужбы на территории восставших регионов были на определенное время дезориентированы происходящими событиями. Это отражалось на их способности к действию и вело к дезорганизации работы региональных органов СБУ на территории Донбасса.

В условиях распадающейся государственности на морально-психологическое состояние сотрудников службы и их способность выполнять карательные функции, либо, наоборот, сочувствовать и переходить на сторону восставшего народа, без сомнения, влияло обострявшееся чувство принадлежности к тому или иному типу национальной, культурной и региональной идентичности.
Другим важным фактором была идеологическая раздвоенность, разновекторность, которая наблюдалась в СБУ, впрочем, как и на Украине в целом, и до событий 2014 г. Приведем характерные примеры такой раздвоенности, наблюдаемые в рамках работы одной структуры. В 2007 г. в Донецке вышла посвященная 15-летию СБУ книга историко-документальных очерков «Герои невидимого фронта». В ней рассказывается об отваге и подвигах чекистов и бойцов антифашистских подпольно-партизанских отрядов, действовавших в Донецкой области в годы Великой Отечественной войны. В очерке «Авангард» чекистского подполья» поднимается тема противостояния донбасских чекистов и подпольщиков членам ОУН во время оккупации Донбасса. Характерны посвященные оуновцам названия разделов – «Бандеровцы в Сталино», «В логове ОУН». Украинские националисты однозначно позиционируются в книге как представители коллаборационистской организации на службе у немецких оккупантов, с которыми необходимо вести беспощадную борьбу. Практически в то же время, в 2008 г. в Киеве в центральном здании СБУ была открыта фотовыставка «Украинская повстанческая армия. История непокоренных». Выставка стала совместным проектом СБУ и т.н. Центра исследований освободительного движения, занимавшегося популяризацией истории ОУН и УПА. В феврале 2008 г. эта, организованная под эгидой СБУ, пропагандистская выставка прошла в Донецкой библиотеке им. Н. К. Крупской. Причем на ней была предпринята попытка популяризации темы деятельности бандеровских резидентов на Донбассе в период немецкой оккупации. В мае 2009 г. выставка повторно прошла в Донецке, на этот раз в здании областного управления СБУ.

В конце концов такая политика идеологического «сидения на двух стульях» завершилась в 2014 г., вместе с пресловутой «многовекторностью», крушением украинской государственности. Невозможно одновременно быть наследниками чекистов из ВЧК и бандеровцев из СБ ОУН(б). В ходе разрастания гражданского конфликта сотрудникам органов госбезопасности бывшей Украины, в том числе и на Донбассе, пришлось сделать однозначный идеологический и одновременно жизненный выбор в пользу одного из вариантов историко-культурной идентичности. По неофициальной информации бывших сотрудников УСБУ в Донецкой области, произошедший в их среде идеологический раскол в самом общем виде можно представить по следующей кадровой статистике. Люди разделились на три приблизительно равные группы: одна, с обострением конфликта, – предпочла уволиться, другая – осталась работать в подконтрольной киевскому режиму спецслужбе, третья же в ходе событий перешла на сторону ДНР. Процесс перехода бывших сотрудников СБУ на сторону Республики активизировался после создания МГБ ДНР в июле 2014 г.

Идейность и высокий уровень самоорганизации участников народных протестов, их массовость, а также системные проблемы внутреннего характера не позволили постмайданной СБУ подавить освободительное движение народа Донбасса в 2014 г. Фактически активисты Русской весны, несмотря на политические репрессии и теракты, вышли победителями из неравного противостояния со спецслужбой киевского режима. Успехи национально-освободительного движения привели к рождению на территории бывшей Донецкой области нового государственного образования – Донецкой Народной Республики. 
 
 


Мирослав Руденко
газета "НОВОРОССИЯ" №184-185
22-29 марта 2018