Еженедельник сообщества "Новороссия"

РЕДКОДУБ. ЭТА ЗЕМЛЯ НЕ УМЕРЛА / Дмитрий Дезорцев

10 мая, в послепраздничный день мне выдалась возможность снова выехать в опалённое войной Никишино. Я не раз писал об этом посёлке ранее, бывал там в период активных военных действий. Там шла настоящая война.

Узел из нескольких пограничных посёлков. Никишино, Логвиново, Круглик, Чернухино, Фащевка, Редкодуб. Тогда они имели колоссальную важность для Республик. Захватив и удерживая их, каратели должны были полностью перерезать связь между Донецком и Луганском и далее, уже не торопясь, душить нас по очереди.
 
Укры засели там крепко. Ещё с лета обустраивали опорные пункты, зарывались в землю, строили коммуникации и укрепления. Не спеша, по-научному, пристреливали каждый метр подходов. Против нас воевал нацбат «Киевская вырусь» и 128-й горно-пехотный батальон, так же состоящий в большинстве из набранных бандеровцев, хорошо выдрессированных натовскими инструкторами. В довесок у них были танки, артиллерия, постоянное пополнение БК. Именно они утюжили близлежащие посёлки.
 
Противостояли им бойцы «Славянской» бригады – парни, преимущественно родом из Славянска, Артёмовска, Дебальцево, Углегорска. Стояли от начала до конца, без ротаций. Отступать никто не собирался.
 
В начале последней декады января враг активизировался, значительно усилив артиллерийские обстрелы. Разворачивалась Углегорская операция.
 
Я спросил у Константина Шестакова, позывной «Кот», бывшего комбатом 2-го мотострелкового батальона, находились ли тогда среди ополченцев специалисты с профессиональным военным образованием. Не было. Самые обычные люди, шахтёры, металлурги, таксисты, был даже крупье из казино. Были добровольцы из Сербии и из России. Именно эти люди смогли удержать свою часть Никишино от полного захвата украми, а затем развить наступление, выбить карателей с укреплённых позиций и совместно с другими подразделениями ВСН закончить дело Дебальцевским котлом.
 
Эта победа далась тяжко. Изначально укры держались за свои укрепления зубами, заселялись надолго. Прекрасно понимали, что согнать их оттуда, очистить Редкодуб – а дальше степь до самого Дебаля. В открытом поле сильно не повоюешь. Вышибли их оттуда за несколько дней. Видео, снятое самими нацистами, показывает происходящее в то время: беспорядочная пальба во все стороны, сбор манаток и спешное бегство наперегонки друг с другом. Уходили налегке, оставив ополчению военную технику, БК, запасы продовольствия и даже погибших сослуживцев. Хоронили их уже наши.
 
Вытравили этих тараканов бойцы Славянской бригады. Я периодически читаю жалостливые мемуары укровояк, уцелевших после тех дней, они ожидали яскраву перемогу, но теперь неустанно объясняют, почему все завершилось ужасной зрадой. Главный виновник, конечно, коварный Путин со своими бурятскими танками, следующие в очереди – разнообразные украинские генералы, неспособные обеспечить внятное взаимодействие войск, ну и, конечно, сами хохловояки, не стремящиеся к «близким встречам» с русскими.
 
Знаю точно, что Никишинский прорыв с уничтожением опорных украинских постов изучен кадровыми военными многих стран более чем внимательно. Исследованы топографические карты, расположения позиций, логистика доставок, тактические успехи и просчёты обеих сторон. Уверен, что немалый интерес вызвало и участие в боях гражданского населения в качестве ополчения. Комбат Шестаков на мой вопрос о том, насколько боеспособными показали себя его подчинённые, ответил, что батальон свою задачу по разблокировке трассы Донецк – Луганск выполнил полностью, а бойцам Славянской бригады он просто не видел равных в мужестве.
 
Именно с ними я приехал в очередной раз на эту землю. В эти майские, священные для каждого гражданина и человека дни, жителями Никишино и бойцами, принимавшими участие в освобождении этих посёлков, родственниками в память о сражавшихся и погибших здесь воинах Новороссии был открыт гранитный памятный знак «Славянам».
 
Батюшка после проведения панихиды у памятника рассказал, что был здесь и в те тяжкие времена. Никишино тогда было практически пустым, население выехало. Остались буквально пара бабушек. Ополченцы делили с ними хлеб и жизнь. Сейчас в селе постоянно живёт уже человек триста. Чинят свои дома потихоньку, приводят в порядок участки. Помощи не особо много, поначалу верха и доброхоты, как обычно, обещали всё что только можно, пиарился каждый кому не лень, но на деле люди предпочитают надеяться на себя. Тем не менее сельсовет работает, вода и свет есть, работает магазин, продуктовый ассортимент вполне приличный. Рядом возводится храм – помогают ростовские православные. Школа в Никишино разрушена сильно, восстановлению вряд ли подлежит. Учеников, более двух десятков ребят, доставляют в соседнее село на школьном автобусе. Весенняя зелень скрывает раны войны, но даже сквозь цветущие деревья видны проваленные крыши и иссечённые осколками стены домов.
 
А совсем неподалёку находится село Редкодуб. Туда мы с бойцами пошли пешком, это дорога памяти. Глубокие воронки по краям дороги, россыпи ржавеющих гильз, разбитые столбы электропередач. Не сразу и поймёшь, что вышел на улицу, – настолько буйно всё заросло зеленью. За безумно яркой и пышной сиренью прячутся останки домов. Если в Никишино всё-таки можно увидеть не пострадавшие дома, то в Редкодубе мне не попалось ни одного уцелевшего. Никто там не живёт.
 
Под зарослями и руинами до сих пор полно военных «сувениров», а на дороге то и дело попадаются пустые тубусы ручных гранатомётов, ржавые каски и, опять же, – россыпи стреляных гильз. Бойцы останавливаются то у одного дома, то у другого, одни стоят молча, другие вспоминают как пробивались под огнём от строения к строению, гладят изрешечённые стены, когда-то прикрывавшие их. Возле одной из калиток накрыли клеёнкой уцелевшую лавочку, достали нехитрую закуску, налили по пятьдесят грамм. Здесь погибло много наших ребят. Не один, не пять и даже не десять. Здесь священное место воинской славы. В феврале 2015-го года здесь был ад – метель и пламя сразу.
 
А теперь, в наступившей тишине, слышны лишь трели птиц и дыхание ветра. От прогретой солнцем земли веет покоем. Она не убрана ещё, но точно не мертва. Вижу за одним из заборов ухоженный огород – тщательно вскопанная земля, рядочки посаженной зелени. Невдалеке на воротах отсутствующими хозяевами большими буквами написана просьба – не трогать участок. Значит, планируют вернуться. Наверное, так и будет, поначалу будут приезжать огородничать, а когда освоятся, займутся восстановлением. Будет, как в Никишино, сперва два человека, потом десять, потом триста. Я очень верю, что Редкодуб оживёт.

Совсем рядом железнодорожные пути. Военные возвращаются к памятнику и видят приближающийся товарный состав. Машут руками, а водитель локомотива в ответ сигналит приветственным гудком.
 
Жизнь продолжается, ребята.


Дмитрий Дезорцев
газета "НОВОРОССИЯ" №192
17 мая 2018 г.