Еженедельник сообщества "Новороссия"

НАРОДНОСТЬ ОДНОДВОРЦЫ / Олег Шатух

Среди народов и народностей Отечества однодворцев как субэтнос русского народа долго не замечали. В России о них говорили больше как о сословии, в которое включили даже часть польской шляхты, не сумевшей доказать своего шляхетства. Что же до этнографии, то их рассматривали в числе великороссов, представлявших основную часть сельского населения России.

После ликвидации сословия их потомков продолжали именовать однодворцами, подразумевая их особый, исторически сложившийся этнотип русского народа. Причем если до 1917 г. восточных славян рассматривали как единый русский этнос, то после – русскими оказались одни великороссы. Малороссы получили название украинцы и, как и белорусы, стали рассматриваться как самостоятельные этносы. Украинские же этнологи прилагают массу усилий, чтобы выявить несходства внутри некогда триединого народа, а государство, готовое отдаться Западу, игнорирует общность восточнославянского этнографического единства.

Не намного лучше этнополитика и в России, где сами русские оказались среди наименее защищенных этносов. Переселение из мест традиционного проживания народностей в город и заселение этих территорий пришлыми этносами приводят к замещению, смене уклада и культурному перерождению населения. Тем не менее среди великороссов, а ныне русских, можно различить не менее 30 этнографических групп. Наиболее известные субэтносы русских – казаки, поморы, полехи, мещеряки, сибирские старожилы и старообрядцы. При всей их этнокультурной разности однозначно, что характерные особенности русских возникали при расселении славян в Восточной Европе и развивались в процессе формирования восточнославянской государственности при освоении новых земель и вхождении в единое государство других народов.

Образование сословия однодворцев
Однодворцы как субэтнос возникли из служилых людей, которые представляли лично свободное военное сословие, включавшее в основном детей боярских и казаков, несших гарнизонную и пограничную службу в XVI и XVII вв. на восточной и южной границах Московского государства. Среди казаков было много выходцев с Дона и запольных речек (Северский Донец, Хопер, Медведица). Поскольку донцы хорошо знали Поле и военное дело, их охотно брали на городовую, казачью и станичную службу.

Служившие дети боярские часто не имели вотчин и были бедны. Поместья за службу имели в основном дворяне, присланные для службы на украйну государства. Позже на месте службы в Порубежье стали выделять земли и для низших служилых людей. Потому служилые укрáинских городов были и воинами, и земледельцами.

Слово «однодворец» – владелец одного двора – впервые употреблено в указе 1714 г. Именно тогда их поместья приравняли к вотчинам и даже допустили продажу. В указе о проведении переписи 1719 г. слово «однодворец» применили уже ко всем служилым низших разрядов.

При Петре I южная граница России значительно расширилась к Крыму и стратегическое значение городов Белгородской и Изюмской оборонных линий утратилось. Служилые оказались не у дел. К тому же Петр занялся формированием полков нового строя. Регулярная армия росла на глазах. Большинство рекрутов набирали из крепостных и холопов, при этом отличившиеся на службе могли получить унтер-офицерский чин и даже дворянство. В конные полки, в драгуны и рейтары набирали уже не детей боярских, а однодворцев (служилых, не включенных в дворянство из-за бедности или отсутствия грамот, подтверждающих «древнее» (допетровское) дворянство.

Однодворцы в ландмилиции
С 1723 г. с однодворцев уже взимали сбор для содержания регулярной армии, точнее ландмилиции (пограничного войска), личный состав которой набирался из тех же однодворцев. Ландмилицию, находящуюся на укрáинской линии, именовали укрáинской. Она принимала участие во всех русско-турецких войнах времен Анны Иоанновны, а позднее и Екатерины II. В 1771-1786 гг. шла постепенная ликвидация ландмилиции, полки переформировывались в армейские. При этом многие однодворцы добились признания дворянского статуса, причем «древнего», а оставшиеся сохранили право «отыскивать дворянство».

В составе Екатеринославского казачьего войска
В условиях начавшейся Русско-турецкой войны, по указу Екатерины II 1787 г., однодворцы вошли в состав Екатеринославского казачьего войска, сформированного по образу Донского. Это был особый казачий корпус, состоящий из конных и пешего полков. Русское правительство учло, что несение казачьей службы всегда было престижным в Малороссии и на Юге России и разрешило записываться к войску всем желающим, кроме крепостных крестьян. Так в войско включили старообрядцев, мещан и цеховых Екатеринославской, Вознесенской и Харьковской губерний. В 1788 г. была создана Екатеринославская армия, включавшая и казачье войско.

Во главе войска вместе с донской старши́ной нижних чинов стоял донской атаман Матвей Иванович Платов. Под его руководством войско, называемое еще Новодонским, покорило турецкие крепости Очаков и Измаил. Новодонцы не посрамили славы своих предков: хорунжие Леон Гречишкин из Ново-Айдарской и Дмитрий Трунов из Боровской слободы отмечены в «Росписи отличившихся» «храбростию на штурме Измаильском». О личностях других земляков – участников Русско-турецкой войны – нам пока неизвестно.

По окончании войны в 1791 г. казаков полка вернули в прежнее сословие однодворцев. В «Перечневой ведомости» 1792 г. обозначено число однодворцев в Бахмутском и Донецком уездах, населены однодворцами и слободы Славянского уезда, среди которых Веревкина, Берека, Шебелинка и Лозовенка, относящиеся ныне к Харьковской области. И все-таки наибольшее их число проживало в западной части Воронежской губернии, в Задонском, Воронежском, Землянском, Нижнедевицком и Коротоякском уездах.

Статус однодворцев закреплялся указом, тем не менее значительная часть бывших казаков не пожелала примириться с новым положением и в 1800 г. обратилась к государю императору «с всеподданнейшей просьбой» о возвращении им казачьего звания и дозволении переселиться на Кавказ, чтобы нести там казачью службу. Просьба была рассмотрена, им «возвратили казачье звание». Многие из них переселились на Кавказскую линию с семьями и там основали станицы: Темижбекскую, Казанскую, Ладожскую и Тифлисскую. В частности, станица Тифлисская заселялась переселенцами из Старобельского уезда, а станица Воронежская – из Славянского. Особый конный полк, составленный этими казаками, был в составе Кубанского казачьего войска и назвался Кавказским.

После Русско-турецкой войны
После покорения Крыма военной угрозы со стороны степи уже не стало и оставшиеся в слободах новодонцы продолжали осваивать непаханые земли Дикого Поля. Тем не менее свойства характера и природа потомков служилых людей не оставались без внимания Русского государства. Особенно ценилась их способность к военной службе. Однодворцы по-прежнему составляли костяк русской армии. Большинство унтер-офицерского состава было именно из них. Многих определяли на службу в гусарские полки. В частности, в книге «Воронежское дворянство в Отечественную войну» есть интересные данные по Старобельскому уезду. Там приведено количество однодворцев по каждой из слобод, призванных в связи с Отечественной войной 1812 г. К сожалению, имена воинов-участников этой войны, как и многих других войн, пока не открыты.

После победы России в войне с Наполеоном театр военных действий вновь переместился на Кавказ. Кубанскому войску для усмирения горцев понадобилось пополнение, и оно снова пришло от однодворцев.

Возможности восстановления во дворянстве
С 1801 г. при наличии грамот восстановить дворянство было несложно. Потомки московских порубежных ратников бережно хранили и передавали их детям вместе с ностальгией о допетровских временах, а попытки уравнять однодворцев с крестьянами почитали за бесчестье. Своих дочерей выдавали только за однодворцев своей или других слобод. Временами хлопотали о том, чтобы их не смешивали с крестьянством и причислили к дворянам.

В конце концов император Павел I предоставил им право «отыскивать и доказывать потерянное предками дворянское достоинство». Увы, чем дальше от столицы жили потомки служилых, тем меньше шансов было на удачу. Едва ли однодворцы Шеховские, Аненковы, Оболенские, Пушкины и прочие, жившие в слободах Подонцовья, имели реальную возможность получить дворянство; неспокойные и нелегкие времена пережили они на дальней «украйне», чтобы сохранить грамоты или добиться дворянства службой. Так или иначе, в ревизской сказке 1850 г. однодворцы уже записаны как «казенные крестьяне», в 1858 г. – как «государственные крестьяне».

Перемены в отношении к этносам
Капиталистические отношения стирали не только сословные, но и этнические особенности населения. Титульная нация государства входила в свой кризис. Отстаивание великороссами собственной народности нередко именовали шовинизмом. В советский период слово «великороссы» заменилось на «русские», а «малороссы» – на слово «украинцы», никогда прежде не бывшее самоназванием этого этноса. Более того, государство не обращало внимания на отличия народностей внутри каждого этноса. Однодворцев среди русских могли определить лишь этнографы.

Тем не менее областями традиционного расселения народности однодворцев по-прежнему являются преимущественно Белгородская, Воронежская, Курская, Орловская, Тульская, Рязанская, Брянская, Донецкая, Луганская, а также Харьковская. В частности, на Донетчине потомки однодворцев, точнее, этнические однодворцы, проживают в Славянском районе. На Луганщине это Боровское, Трехизбенка, Новый Айдар, Старый Айдар, Краснянка, Бахмутовка и др.

Несмотря на исторические катаклизмы, самосознание однодворцев как одной из народностей русских живо до нашего времени. Факты, подтверждающие это, существуют в современном устном народном творчестве, в частности, в анекдотах однодворцев, чертой характера которых и поныне является чувство юмора:
«Боровщанина вместе с другими советскими солдатами взяли в плен. Фашист спрашивает у каждого из пленных национальность и действует по приказу: одних отправить в концлагерь, других расстрелять, а боровщан – бить в морду и отпускать. Доходит черед до боровщанина. «Ты кто?» – спрашивает фашист. Боровщанин смотрит ему в глаза и с достоинством говорит: «Ну чиго там!…Ляпи!».
А вот пример духовной преемственности. Первоначальные границы Белгородской епархии, учрежденной в 1667 г., включали не только курские, белгородские и слободско-украинские земли, но и «новоназдаемые за Чертою грады», в числе которых и Боровской. Этот факт свидетельствует о духовном единстве верховых донских казаков и служилых южно-русских земель, входивших в Белгородскую епархию, с которых шло основное заселение донских городков Подонцовья.
В одном из этнографических очерков о жизни крестьян Харьковской губернии сообщается, что «Селение сначала было расположено вблизи Донца. Донецъ въ то время имелъ другое направление и былъ не широкою рекою, а когда сталъ увеличиваться и, изменивъ русло, заливать жилища, то жители перешли дальше отъ реки, къ востоку версты на две, куда въ 1730 г. была перенесена и церковь». Но и после этого святое место на берегу Донца, где изначально стояла первая Боровская церковь, забыто не было, и «на месте городка, появилось в те годы кладбище». Причем «Благоговение жителей к святости прежнего места и уважение к могилам предков долгое время ежегодно вызывали жителей новой слободы – с крестным ходом посещать старую родину и творить там поминовение об усопших». Интересно, что даже в нынешнем Боровском, когда говорят, что «понесли на кладбище», иногда употребляют старинное выражение «п’нясли на гарадок».

Однодворцы, представлявшие наиболее многочисленную часть русских, по сути, являлись знаковой народностью России. Именно они, лично свободные воины и земледельцы, кормившие и защищавшие Русское государство, покорявшие необжитые дикие земли, были элитой народа, твердо стоявшей на основах православия и передававшей из поколения в поколение особенности русского быта, традиций и культуры. Именно они, однодворцы, в своем устном народном творчестве – сказках, поговорках и обрядовых песнях – сохранили характерные образы древней и христианской Руси.



Олег Шатух
газета "НОВОРОССИЯ" №145
22 июня 2017