Еженедельник сообщества "Новороссия"

Военкор «Сова»

Медный локон густой волной падает ей на лицо, прикрывая немного грустные глаза. Застенчивая улыбка и почти детский румянец на щеках. Эта красивая молодая женщина, трогательно хрупкая в кажущейся беззащитности, – военный корреспондент. Она носится на передовую, как одержимая, чтобы успеть, не пропустить, запечатлеть, рассказать. Те, кому пришлось бывать с ней на позициях, говорят, что нет напарника отважнее и надежней, чем она – военный корреспондент «Сова».

- Расскажи немного о себе. Насколько я знаю, твои предки родом из Луганщины?
- Сама я из Курска, а папа и его предки из Донбасса, из Луганской области. Мои двоюродные брат и сестра сейчас живут в Кировске. Все населенные пункты, которые сегодня на слуху, – Стаханов, Луганск, Лисичанск – это места, в которых прошло мое детство. Они мне до сих пор снятся, и я отлично помню там каждую улочку и каждый дом. Когда слышишь, что там идет война, это, конечно, очень тяжело воспринимать.

- Именно это побудило тебя бросить все и приехать сюда?
- Не только это. Была целая цепочка событий, которые в конце концов сложились в мозаику.

- Какое событие стало последним кусочком мозаики?
- Их на самом деле несколько. Во-первых, сообщения в новостях о погибших детях. Очень тяжело было это слышать и смотреть. Так не должно быть, это неправильно, так нельзя. Во-вторых, я считаю, что жизнь нужно прожить с пользой. Я всегда стараюсь помогать тем, кто нуждается. Понимаете, я чужую боль воспринимаю, как свою. Когда к нам хлынул поток беженцев с Донбасса, я старалась помогать: вещи, продукты… Волей случая мне пришлось увидеть документы одного из беженцев, прибывших в Курск. Беженец – молодой, здоровый мужчина около 30 лет с пропиской в Кировске. Понимаете, он просто сбежал, бросил землю, которую должен был защищать. Это и было последним кусочком мозаики. У меня в голове уже все сложилось, и я приняла решение ехать и увидеть все своими глазами. Конечно, какая-то часть меня протестовала против такого решения: все-таки семья, работа. К тому же я прекрасно осознавала степень риска, понимала, что могу не вернуться. Сообщила о своем решении брату, который в Кировске. Он, естественно, пытался меня отговорить. Я еще несколько дней думала, сомневалась. И как раз в это время у меня состоялся разговор с Данилом Бларнейским. Он мне сказал: «Если ты чувствуешь, что будешь нужна там, то езжай и ни о чем не думай».

Справка: 10 марта 1995 года, во время штурма Бамута, разведвзвод под командованием сержанта Бларнейского ворвался в дом, где чеченские боевики удерживали детей в качестве «живого щита». Боевики открыли кинжальный огонь, чтобы вернуть себе заложников, и Бларнейский принял решение выносить детей из-под огня. Взвод Бларнейского спас тогда восемнадцать детей, из них восьмерых вынес сам сержант. Бойцы выносили детей на руках, прикрывая их своими телами. Под шквальным огнем боевиков погибло двадцать три человека из двадцати семи, но все дети остались живы; только старшая девочка, Таня Бланк, получила легкое ранение в ногу. Бларнейский, будучи сам ранен, вернулся назад к тяжелораненому бойцу. Ведя пулеметный огонь и сдерживая боевиков, он продержался до прибытия подкрепления – бойцов передового отряда 879 ОДШБ, которые отбросили противника. За выдающийся героизм, проявленный при выполнении воинского долга во время операции в Бамуте, указом Президента Российской Федерации от 26 марта 1995 г. сержант Бларнейский Данил Кемалович был награжден Орденом Мужества.

Я уволилась, сказала родителям, что уезжаю в Москву, взяла билет до Ростова и села в поезд… Приехала в лагерь под Ростовом, где собирались все добровольцы. Командир лагеря, Сергей, которому, к слову сказать, я очень благодарна, поначалу не пустил меня на ту сторону. Он был категорически против, чтобы девчонки отправлялись туда. Сказал: «Занимайся хозяйством!». В общем, попала я на кухню. Неделю просыпалась в 6 утра, чтобы приготовить завтрак на 40 человек, сразу после завтрака начинала готовить обед, а после обеда – ужин. Физически это было очень тяжело, но уверенность в том, что я делаю нужное дело, заставляла находить в себе силы. А потом я просто начала контролировать бойцов, чтобы никто не курил, не выпивал на территории лагеря. Командир заметил это и назначил меня замполитом. Потом у нас появился повар, и у меня высвободилось время, чтобы заниматься с ребятами. Я стала искать в Интернете какую-то полезную информацию для них. Это были пособия по стрелковой подготовке, разведывательной деятельности, по выживанию в экстремальных условиях. Ведь многие из них были без военного опыта. Конечно, и сама узнала много нового и интересного. А позже в силу обстоятельств мне пришлось быть и завхозом, и поваром, и командиром в одном лице.

- Какова была реакция родителей, когда они узнали, где ты и чем занимаешься?
- Вначале, естественно, они были в шоке. Папа грозился приехать, заковать меня в наручники и увезти домой (смеется). А сейчас уже привыкли и морально меня поддерживают.

- Какое у тебя самое яркое впечатление за время работы военным корреспондентом?
- Наверное, первый выезд в аэропорт. Мне пришлось заночевать на блокпосту рядом с аэропортом. Это была самая страшная ночь в моей жизни. Начался обстрел. Я сидела в блиндаже и вспоминала все молитвы, которые знала. Это сейчас я уже могу по звуку определить, куда упадет снаряд, а тогда я просто забилась поглубже в блиндаж и молилась. Было очень страшно. Хотелось все бросить и никогда больше не ездить на передовую… Теперь я уже ничего не боюсь. Перебоялась. Позже были и более жесткие и жуткие моменты, а страха не было. Ощущение опасности – да, но страха – нет.

И еще когда увидела в морге погибшего моего друга Вагида. Этот момент я никогда не забуду.

- Каким ты видишь будущее Донбасса?
- На самом деле у меня было определенное мнение по этому вопросу. Приехав сюда, я поняла, что все немного не так, как я представляла. Есть, конечно, негативные моменты. Но есть самое главное, за что стоит продолжать бороться: мирные люди, дети, которых нужно защищать, погибшие ополченцы, память о которых мы не имеем права предать. И тогда, и сейчас я уверенна, что Донецкая и Луганская Народные Республики будут, и будут нашими! Я точно знаю, что на нашей стороне правда. А ситуации, в которых мне пришлось оказаться на фронте, убеждают, что с нами Бог...

- Что бы ты хотела пожелать читателям?
- Моральных сил и понимания того, что происходящее сейчас – это все к лучшему, все не зря, что за свое будущее и будущее своих детей нужно бороться. К сожалению, нашему поколению выпало нести на своих плечах тяготы войны, но главное – верить в будущее, в свои силы, в правильность своего пути.

Беседовал Алексей Петров